4 марта 2008 г.

Выступления депутатов фракции «Наследие» на внеочередном заседании Национального собрания 4-го марта 2008г.

(Повестка – ходатайство Генерального прокурора РА о лишении 4-х депутатов НС депутатской неприкосновенности)

Раффи Ованнисян

Соотечественники, что это мы  делаем? Мы переживаем национальную трагедию, и, стоя на краю пропасти, сейчас рассматриваем путь не лечения, не наведения мостов, а ее усугубления. Приводятся цитаты из Библии о собирании камней, строим церкви, зажигаем свечи, а что следует за этими проявлениями благочестия? Разница между проповедью и поведением очевидна.

Следим в этой ситуации за официальной информацией и завидуем дням «Гласности» и «Перестройки». Разве это то информационное поле, тот дух, тот путь  прощения, соборного великодушия, что приведет к стабильности, согласию, примирению? Нет, в этой ситуации, делая государственность дымовой завесой со ссылками на закон, мы углубляем эту ненависть и усиливаем откладываемую, но и перманентную нестабильность нашей страны. И в этой чрезвычайной ситуации можно ли вообразить нескованное заседание Конституционного суда, законный процесс, пользующийся доверием народа разрешения проблем?

Со всем уважением и пониманием должен сказать, что это ходатайство – политический, частный документ, а не правовой, не целостный, не предметный и не честный. В нем потерялась причинно-следственная связь, конкретнее – между утром и вечером 1-го марта. И сегодня все мы вместе в этих трагических обстоятельствах имеем дело также с убийством, - восемь сограждан, из которых один – офицер, а семеро – рядовые граждане Армении. Кто дал приказ, кто направил этот смертный огонь и на офицера, служащего родине, и на рядовых граждан, которые в трудных условиях пытались реализовать свое гражданское право. Это всеобщая потеря.

А что касается наших четырех уважаемых коллег, то считаю, что данное ходатайство не обеспечивает минимальный доказательный порог, что может явиться толчком для соответствующего решения Национального собрания. Это очередной шаг процесса преследований за политические взгляды и направлен не только против четырех депутатов, а против каждого из нас, - любого гражданина Армении, независимо от их политических убеждений, независимо от того, принадлежат ли они к большинству или меньшинству. Каждый, хоть на миг всмотревшись в зеркало своей совести, души, пусть подумает о своих ошибках, - имеет или нет оружие, совершал ли другие грехи, не говоря уже о выборах. Но за политические убеждения, политическую позицию, политические выступления прийти и ходатайствовать о нашем участии, что означает соучастие в преступлении, по-моему, недопустимо.

Да, закон должен равно применяться ко всем - и за нарушения закона в предвыборный период, и в день голосования, и за любые нарушения закона и преступления в послевыборный период. Но никогда – за убеждения, точки зрения и осуществления гражданских прав.

Армен Мартиросян сегодня выздоравливает в больнице, и вы знаете при каких обстоятельствах он получил ранение; он не сделал это ради благодарности, а сделал как гражданин, как гордый депутат этого высокого органа. Он присоединяется к остальным шести депутатам фракции «Наследие» своим решительным «нет». С тем «нет,» которое не только защищает право на свободу наших четырех сограждан-депутатов, но и направлено на справедливую защиту каждого из нас. Мы встанем на защиту любого депутата и скажем «нет» подобному ходатайству, направленному против любого из вас, если это будет иметь политические мотивы, и если это не плод общеармянского императива «собирать камни», а  приведет к усугублению несправедливости, произвола, нашей внутренней бездны.

Сейчас и всегда мы ответственны за равное исполнение закона, полноценное обеспечение прав и равенства всех наших коллег. Сегодняшнее голосование закрытое, тайное и будет очередным выражением нашей соборной воли и совести. Вот это станет отражением нашей свободы, нашего достоинства и будущего нашей страны.

Спасибо.

Анаит Бахшян

В этот решительный, трудный, полный трагических событий день, я свое слово скажу не только как депутат, а также как гражданка РА и человек, кто потерял самого любимого человека именно в этом зале, и что еще раз было следствием преступного бездействия каких-то людей или государственных органов. В этом ходатайстве есть предложение, которое отнюдь не дает основание ходатайствовать о лишении депутата, гражданина неприкосновенности. Это ряд  действий по выражению политической позиции и несогласия в демократическом государстве. Это я прочла в первом абзаце и не хочу повторять.

Следовательно, митинги, которые развернулись с 20-го февраля 9-10 дней кряду, воодушевляли каждого, находящегося на площади Свободы. Люди говорили, что во всем этом есть дух свободы, и это в них рождало бисеринки доверия по отношению к нашему государству, государственности, закрепленной в конституции демократии. Мы начали верить, что наш народ не является крепостным, рабом, что готов защитить свою политическую позицию, готов дни напролет, днем и ночью стоять за свободу. И, воодушевленные этой атмосферой, этим движением, многие из нас встали. Я тоже была там, тоже выступала, призывая наших граждан, собравшихся вследствие наличествующего в нашей стране беззакония, к диалогу, к спокойствию и терпению, решимости не поддаватся какой-либо провокации.

Однако, участников этих мирных митингов представили как стаю озверевших людей. У меня есть материалы, собранные из различных зарубежных средств массовой информации, которые я передам господину прокурору. Эти лица скажут, - кто был озверелым и следствием чего была эта озверелая атмосфера. Знаете, что, эта озверелость результат одного: «против нас нет способов, как это вы осмелились встать и говорить о вашей свободе, как это вы осмелились 10 дней кряду сидеть, как это вы осмелились продолжить митинг у памятника Мясникяну,» когда рядом уже стреляли, убивали. Не ушел наш народ, наш народ будет стоять, потому что верит своим силам, выражению своей гражданской воли, и какое-либо ходатайство, какое-либо незаконное действие, которое последует за этим ходатайством, не помешает, чтобы в стране, все-таки, победили Конституция, законы, и мы будем жить в той свободной стране, о которой мечтали все погибшие здесь 27-ого октября ваши бывшие коллеги, память которых как-либо не уважается, кроме тех случаев, когда кому-то нужно имя Вазгена Саркисяна.

Я присоединяюсь к сказанному Раффи Ованиссяном и добавляю: если ходатайство относится к лишению неприкосновенности 4-х депутатов, то меня тоже лишите, так как я тоже выступала на митинге, говорила, верила и продолжаю верить, что в конце концов в нашей стране свободный гражданин имеет что сказать, имеет дело и может свое сказанное защищать до конца.

Вардан Хачатрян

Здравствйте уважаемые соотечественники, здравствуйте уважаемые коллеги.

Конечно, проблема, вокруг которой сегодня разворачивается обсуждение и в русле которого имеют место наши выступления, необычна. И несет в себе большую ответственность, исходя из простой важности, о которой не раз уже, наверное, говорили. Конечно, 1-ого числа сего месяца в столице Армении произошли широкомасштабные общественные волнения. И никто как-будто не оспаривает это обстоятельство. Но, не знаешь почему, все забыли одну аксиоматическую истину: при широкомасштабных общественных волнениях виновата проводимая властями неправильная политика. Будь-то волнения в Пакистане, Польше, Германии, Франции, где целые пригороды могут поглощаться огнем: власти Парижа признают, что это следствие их неправильной политики. Более того, отмечают, где ошиблись, вследствие чего и возникла столь широкая волна общественных волнений. Оказывается, у нас логика буквально обратная. Есть несколько поджигателей, провоцирующие силы, которые и привели к широкомасштабным общественным волнениям, какие не могли вообще быть на земле.

Мы сегодня живем в особом положении. Положение, которое значительно ограничивает свободы. Однако еще раз отмечу, что наверное здесь, с этой трибуны должны быть озвучены призывы   не размежевывать сегодня общество, что происходит с 1 степенью. То есть, мы смотрим телевидение и, вольно или невольно, видим новые клины, забиваемые в эту грязь. Несмотря на то, что политические деятели не должны выступать, но выступает Арташес Гегамян, выступает Шаварш Кочарян. По сути, все это ложится в логику предыдущего этапа. Но мы находимся на новом этапе. Мы сейчас, более чем когда, нуждаемся в лечении ран общества. И, все равно, самый элементарный, достаточно простенький шаг, который виден и невооруженным глазом, - можно было объявить день траура, так как погибли люди, на улицах Еревана была пролита кровь наших соотечественников, важнейшим шагом всеобщего единения должно было быть объявление здесь дня траура, что не было сделано, несмотря на определенные требования.

Уважаемый прокурор, конечно, представил свое ходатайство, но это не пустило корни глубокой веры. Во-первых, потому что неоднократно пытались заходить в те отделы полиции, где содержатся арестованные вследствие акции, имевшей место в 6:30 утра 1-го марта, и позднее. Никак не смогли зайти. Много раз обращались к господину прокурору, и вместе с тем, каких-либо изменений в этом смысле не видели. Нарушение закона явное и очевидное, по крайней мере с точки зрения злоупотребления служебным положением. Мы вчера пошли в морг и сразу увидев нас, работники морга просто сбежали, чтобы не предоставлять информацию.

Со всей ответственностью заявляю, что, лично присутствуя во время этих общественных волнений, не представляю кого-либо, кто смог бы управлять разгневанными массами. Это была неуправляемая масса. Между прочим, явно можно увидеть, если есть видеосъемки, как во время выступлений одна часть дерется, другая часть занята обменом мнений, разговорами и т.д. Все перевозбуждены, потому что такая была эскалация за весь предшествующий период и вследствие процесса. Я, конечно, сильно удивлен, что здесь было заявлено, что в вопросе исследования и фиксирования отпечатков пальцев (что по моим скромным знаниям, думаю, что с 19-го века фактически одно из важнейших доказательств) мы пока находимся на том уровне, что его значение не существенно.

Наконец, самое важное – мы несколько раз задали один и тот же вопрос уважаемому господину прокурору – кто приказал осуществить утреннее мероприятие, по чьему приказу, по чьему решению оно было осуществлено, однако так и не услышали ответа.

И еще одно обстоятельство: мы сегодня должны проголосовать и лишить или не лишить депутатской неприкосновенности наших товарищей (звучит звонок, оповещающий конец отведенного для выступления времени). Если можно, всего одну минуту. (Тигран Торосян: имеете 2 минуты).

Уважаемые коллеги, наверное, одно из важнейших дел, которому призвана эта часть власти в нашем обществе, то, что здесь до хрипоты должны сталкиваться идеи, точки зрения, подходы, только чтобы не пролилась ни одна капля крови в обществе. И для лечения ран общества, для того, чтобы быть лекарством для них, думаю, правильным было бы проявить наше отношение практическим шагом. А в деле наших товарищей просто представим, что действует римский порядок, который гласит: - горит дом соседа Укалегона. То есть, если мы просто выжидаем, когда огонь пожрет этот дом, рано или поздно пожар распространится на соседние дома, а дальше дойдет до всех остальных.

Заруи Постанджян

Уважаемые коллеги! сегодня мы уже 3-й раз собираемся на внеочередное заседание. Одно было чрезвычайное, а эти два – внеочередные. И причина – последствия выборов. Выборы, результаты которого не вызвали доверия у широкой массы общества, которая готова была выйти на улицу и защищать свое конституционное право. В период, предшествующий выборам, мы уже имели заключенных из-за политических взглядов. И я здесь, наверное помните, господину премьер-министру направила вопрос, что Жирайр Сефилян, Вардан Малхасян, Арман Бабаджанян напрямую находятся в области его юрисдикции, незаконно находятся под стражей и надо их незамедлительно освободить. Господин премьер-министр ответил, что в этом вопросе он бессилен и с этими учреждениями вообще не имеет связи. Думаю, логическое продолжение всего этого переместилось сюда, и другим нашим коллегам-депутатам сегодня грозит то же политическое преследование.

Смотрите, это заседание созвано по указу президента. И настало время, когда мы все должны выйти из этого положения. Даже на площади Свободы звучала необходимость идти на переговоры с властями, при условии, что будут выпущены на свободу политзаключенные. Давайте хоть сейчас остановимся на миг и пойдем на переговоры. Время, на самом деле, очень удобное, - остановиться, а не более усугублять общественное разочарование, за политические взгляды преследуя все новых лиц, в частности, 4-х наших коллег-депутатов. Выход из положения – диалог, на который должны идти. Надо не обсуждать, а давать правовую оценку представленному ходатайству, так как с правовой точки зрения оно, думаю, беспочвенно. Давайте как политический институт примем наше политическое решение. Давайте прекратим необдуманные шаги, поможем обществу превозмочь свою боль. В дальнейшем мы, если Конституционный суд не удовлетворит иски двух бывших кандидатов в президенты, будем иметь нового президента: это будет Серж Саркисян, и все равно ответственность за происшедшее будут нести власти. Как в таких условиях собирается править новоизбранный президент? Поэтому говорю, что это может быть очень удобным случаем - идти на диалог.

Я напрямую призываю всех вас, прошу – не удовлетворять это ходатайство, высказаться против него. Кроме этого, я сама сколько раз участвовала в митингах оппозиции и в шествиях. Более того, в этот день, будучи на площади, была очевидцем, что на одной стороне была полиция, а на другом – большая часть нашего народа. Народ был чрезвычайно взволнован и поднимал свой голос протеста, направленный к сегодняшним властям из-за многих нерешенных проблем, фальсификаций выборов. Лучше будет задать вопрос самим себе, - как это случилось, что такая большая масса собралась на площади Свободы? Между прочим, и женщины и дети. Следовательно, у народа есть болевые точки, есть проблемы, нуждающиеся в безотлагательном решении, которые надо разрешить. На самом деле наши коллеги озвучивали призывы к спокойствию и смягчению волнений. В любом случае, я только от них это слышала. То же самое я делала на митингах. И если за это полагается, то по отношению ко мне тоже, уважаемый господин Овсепян, прямо сейчас по тому же обвинению можно представить ходатайство о лишении меня депутатской неприкосновенности.
Все.

Стeпа Сафарян

Здравствуйте.

Уважаемые соотечественники! Фракция «Наследие» уже самым решительным образом осудила применение неадекватной и недопустимо крайней силы против мирных демонстрантов рано утром 1-го марта на площади Свободы Еревана, а далее в тот же день в ночь на 2-ое. Фактически, применение массового насилия против мирных демонстрантов ранним утром привело к новому, еще более масштабному насилию и к жертвам. В тот же вечер со стороны действующего Президента в городе Ереване было объявлено чрезвычайное положение, идя наперекор обязательствам, взятым Арменией перед Советом Европы и Европейской Декларации по правам человека, в том числе – требованиям статьи 15.

На специальном заседании НС, созванном в ночь с 1-ого на 2-ое марта, депутаты от фракции «Наследие» указ по введению чрезвычайного положения в городе Ереване, мероприятия, еще более накаляющие существовавшую обстановку, в частности, запреты против политических партий, общественных организаций и средств массовой информации, многочисленных прав и свобод - расценили шагом крайним и еще более увеличивающим напряжение. Депутаты от нашей фракции посчитали важным инициирование политических шагов по разрешению ситуации, а также прекращение насилия, выявление всех преступлений и наказание виновных.

Однако на сегодняшнем внеочередном заседании ходатайство Генерального прокурора РА о лишении депутатской неприкосновенности и осуществлении уголовного преследования против 4-х наших коллег свидетельствует, что, по-моему, мы до конца не осознаем всю серъезность ситуации и возможные последствия очередного шага властей, дестабилизирующего эту ситуацию.

Мы отмечаем, что осуществляемое против этих людей предварительное следствие – расправа, с призывом воздержаться от нее, в числе других выступил Генеральный секретарь Совета Европы Терри Дэвис. На протяжении этих двух дней, будучи занятыми поисками местонахождения наших 4-х коллег и множества других арестованных и, сталкиваясь с фактами искусственного препятствования свиданий с ними и безразличием чиновников, мы убеждаемся, что предварительное следствие, осуществляемое против них, не является непредвзятым и объективным и выходит за рамки закона. Об этом свидетельствует тот факт, что адвокатам многих из отмеченных лиц запрещалось свидание со своими подзащитными, а состояние здоровья и физическое состояние наших коллег и множества других арестованных на самом деле вызывает озабоченность, так как многие из них подверглись насилию.

Лишение 4-х наших коллег депутатской неприкосновенности, осуществление политического преследования против них оцениваем как недальновидный шаг вызова, брошенный нашей стране, нашему обществу, международной общественности. Мы призываем всех наших коллег по НС не углублять водораздел между возмущенным армянским народом и властью и проголосовать против этого ходатайства. Недопустимо, чтобы будучи законадательным звеном армянской власти, мы поставили бы свою страну и себя вне рамок международного права и обязательств. Недопустима мания всех властных кругов в данной ситуации любым способом стать победителем.

Мы призываем Генерального прокурора РА, осознав всю опасность своего ходатайства, взять его обратно. Удовлетворение ходатайства будет иметь эффект бумеранга, и ни один из находящихся здесь депутатов не сможет защититься от возвратного удара этого бумеранга, так как чаша гражданского терпения наполняется.

Уважаемые коллеги, в этот судьбоносный для нашего государства момент сердцем, разумом, совестью просим вас не становиться участником безвозвратного углубления окончательной пропасти между разными частями нашего народа.

А сейчас, несколько слов о приведенном ходатайстве. Уважаемый господин прокурор, все заданные нами вопросы были не случайны, и, как отметил Раффи Ованнисян, причинно-следственные связи в этом ходатайстве не восстановлены. В Вашем ходатайстве не увидел информацию о том факте, что, например, депутат НС Армен Мартиросян, который защищал сотрудника полиции от внедренных в ряды мирных демонстрантов специальных провокаторов (это свидетельство Армена Мартиросяна), подвергся ножевому ранению. Не увидел эпизода автоаварии, что еще более рассердило толпу, не увидел той части, где я и все мои коллеги-депутаты - Анаит Бахшян, Лариса Алавердян, Вардан Хачатрян, Заруи Постанджян, с Хачатуром Сукиасяном и Мясником Малхасяном призывали народ к спокойствию. Не увидел эпизод, где я тысяч людей успокаивал, что жизни двух граждан, подвергшихся автонаезду, ничего не угрожает.

В приведенном Вами ходатайстве, увы, факты неполноценные, описание ситуации неполноценное, и я, естественно, хочу отметить о следующем: если Мясник Малхасян, Акоп Акопян, Хачатур Сукиасян, Сасун Микаэлян и мы, - депутаты от фракции «Наследие,» – хотели бы дестабилизировать ситуацию, то, уверяю Вас, ранним утром энергетика собравшихся на территории, примыкающей  к французскому посольству, была намного пригоднее для начала зверств минутой раньше. Я в Вашем ходатайстве не увидел тот фрагмент, как я и Анаит Бахшян от офиса «Вива Селл» приводили обратно тех мирных демонстрантов, на которых сверху кидали разные предметы.

Мы очень хотели бы, чтобы сегодня в этом зале факты, представленные в Вашем ходатайстве, были полноценными, и если Вы на самом деле считаете, что наши многоуважаемые коллеги - Сасун Микаэлян, Мясник Малхасян, Хачатур Сукиасян, Акоп Акопян, перед биографией которых воистину можно поклониться, своим поведением способствовали дестабилизации и беспорядкам, то и я присоединяюсь к моим коллегам от фракции «Наследие» и призываю Вас выйти с ходатайством о лишении и нас депутатской неприкосновенности.
Спасибо.
Я от своих коллег на самом деле ожидаю голосования по совести.

Лариса Алавердян

Спасибо. Сначала я бы присоединилась к соболезнованиям, высказанным господином Генеральным прокурором, а в дальнейшем уже озвученному Варданом Хачатряном предложению – почтить минутой молчания память погибших. Пусть эта минута будет за счет моего времени.

Тигран Торосян: Госпожа Алавердян, извините, мы это уже делали, я хочу, чтобы не делали замечаний, но, да, мы готовы еще один раз почтить память погибших, так что если Вы не знаете…

Лариса Алавердян: Спасибо, господин председатель, спасибо, уважаемые коллеги. Я не хочу повторять, здесь уже подробно описали и тот документ, который принес Генеральный прокурор, и те обстоятельства, которые не вошли в этот документ. Я просто с самого начала снова присоединюсь к призыву, направленному господину Генеральному прокурору, также выражая готовность быть в том же списке, который лишает гарантий неприкосновенности. Потому что, не будучи в общем участницей этих митингов, после насилия 1-2 марта, которые я до сих пор считаю провокационными действиями, не получила соответствующего объяснения, свидетельствующего об обратном. Вот после этого-то я пошла туда, где народ, - по мере моих скромных сил успокоить и призывать, чтобы не начали еще что-то более плохое.

Я хотела бы только одного, что отсутствует в этом документе, это присутствие провокаторов. Все, кто были там, могут прямо сказать, - даже будучи в самом возбужденном состоянии, как легко было отличить этих провокаторов. Никаких шагов не было сделано по обезвреживанию этих провокаторов на месте. Фактически, такую нелегкую функцию взяли, да, Мясник Малхасян, Акоп Акопян, Сасун Микаэлян, которых знаю с 1988-ого, а в дальнейшем – Хачатур Сукиасян. Сама чувствовала, что если будет так продолжаться, то ситуация обязательно обострится, по любому призывала,  чтобы не унывали: вот-вот придут если не депутаты, то представители правоохранительных органов, которые обезвредят явных провокаторов. К сожалению, этого не произошло . Более того, утренние события до сих пор, во всяком случае для меня, не имеют рационального объяснения.

Я позволю себе процитировать из одного подобного дела Европейского суда, которое называется «Ирландия против Соединенного Королевства». В нем ясно подчеркнуто: «Правительство не может ссылаться на наличие чрезвычайного положения для применения любых средств, которые он может и решил использовать». То есть – обязан… можно, я по-русски прочту,  должно установить конкретную связь между этой мерой и ситуацией, требующей контроля. То есть - именно то, что закон позволяет и правоохранительным органам применять насилие, требует более подробного обоснования. Более того, я при всех случаях утверждаю, что объявление чрезвычайного положения  большой вопрос соответствует ли это характеру и глубине действий групп людей, вошедших в столкновение в территориальном плане? Разве эта ситуация на самом деле угрожает ритму нормальной жизни нации?

Для меня особенно поразительно, что в этой ситуации мы якобы наконец нашли тех виновных, лишением свободы которых умировотворим ситуацию в стране. Позвольте не согласиться. То, что Сасун Микаэлян и Хачатур Сукиасян сейчас не на месте, ничего особенного в этом, вроде бы, нет. Я, Заруи Постанджян, Вардан Хачатрян - как депутаты, 3 дня кряду, начиная от Центрального отделения полиции, кончая господином Махтесяном, не смогли получить ясные данные о том, что происходит, кто убит, сколько людей арестовано, где находятся эти люди. Между прочим, мы с Арменом Мартиросяном, обращаясь к господину Махтесяну, просто говорили, чтобы не распространялась паника. Мы должны идти, просто внесем ясность в эту ситуацию… (прошу еще 3 минуты).

Тигран Торосян: Три минуты…

Лариса Алавердян: Именно этим я хочу доказать, что сегодня, фактически, мы выступаем с обвинением против тех лиц, которые пытались смягчить ситуацию. И я присоединяюсь к прозвучавшему здесь вопросу, – а где вы были в это время, почему не пошли и не успокоили? Этот вопрос прозвучал здесь. Сегодня уже ясно, кто пошел и пытался успокоить. Я того же мнения, что если бы большее число нас было там, мы бы могли многое сделать, потому что, что бы ни случилось, должны понять, - да, мы разделяем сегодня ответственность. Не только все вместе скорбим, но и несем свою часть ответственности за будущие развития: это мое глубокое убеждение.